'Belarus Тренировка
22 апреля 2002
Главная | Новости | Библиотека | Рейтинг | Календарь | Результаты | Гостевая | От автора

Шамиль Чилугай
chillugy@omsknet.ru

Тренировка

До соревнований была ещё уйма времени. Для болельщиков, конечно. Проводившему чемпионат муниципалитету хотелось чем-нибудь блеснуть, удивить, чтобы и в грязь не ударить, и казну не промотать. Кошмар Солт-Лейк-Сити знатокам еще вспоминался. Нас их проблемы особенно не занимали, своих хватало. Подгадать с пиком формы на решающие старты - эту задачу решать нам. Хороший тренер как бы пригодился, но я своего потерял. Это неправда, конечно, будто мы не поладили, и я его выгнал. Не всё у нас с ним гладко было, школа у него не наша была, только всю азбуку своего вида я и так знал. И не только азбуку. Мне тренер не для этого был нужен. Умел Игнатов какой-то ключик к спортсмену подобрать. Подминал под себя, правда, но зато настраивал на конкретный старт. Контачь с ним перед соревнованиями, и успех обеспечен.

Почти всегда так было. А со спортсменами ему не везло. У всех его гавриков почему-то характеры были отвратительные. Это я понял, после того как с ним на тренировках пообщался. Его спортивная и житейская злость другим людям передавалась, и больше всего доставалось тем, кто к нему ближе был. От меня он уехал почти мирно. Оклендскую многодневку я профукал, потом лечился, виделись не так уж часто. Игнатов решил съездить домой, повидать детей. Мы договорились начать занятия через 2 недели, а он из России не вернулся. Убили его днём, на улице возле дома, где он жил до развода. В нашей прессе самой популярной была версия грабежа: приехал человек с Запада, валюту в карманах привёз. Вот и шлёпнули.

После гибели Игнатова я себе тренера не нашёл. Контакты не привели к контрактам. Наверное, и в Мальмё один поеду. Еще побегаю немного с партнёрами на победу, потом кроссы на время, а перед самым чемпионатом... Ну, это уже почти секрет, постучу по дереву. Снаряжение моё простое - всё с собой, взносами и гостиницей у меня тоже есть кому заняться, не чайник - в мировую элиту вхожу. Лишь бы без стресса классику пройти, а то получится, как у Свена в 24-м. Готовился лидер, готовился, а на классификационном - за карту ушёл. Параллели померещились. Я в тот день тоже потерялся, так по слуху вышел. Замер на секунду, где треск - я туда, восстановился нормально. Если честно, я у Свенссона почти никогда на крупных и не выигрывал. Случалось, на тренировках обгонял, если Игнатов перед стартом разозлить успевал. Потом Свен исчез, залёг, как Фишер. Фишеру легче было, шахматист и в 50 за мировую потягаться может, а наш век короче.

Пока Свена не было, другие лидеры появились. То один, то другой, и все помельче. И ни один, кроме Иржи, мне не был опасен. Переигрывал я их всех поодиночке на парных тренировках. Почти всегда переигрывал. Но официальное соревнование по дедовским правилам - не тренировка. Сегодня мой условный противник - Иржи. Условный - потому что тренировка, а так противник настояший. Даже не поздоровался, скотина. Чуть челюсть опустил, вот и весь этикет. И не вниз, а как-то вбок. Не любят его, перед стартом он зверь неприятный. После старта - как когда. А впечатление уже осталось. С ним и побегу, с впечатлением.

Близнецы пока у прабабки Лиз, отдыхают от родителей, и мне помогает жена. Она может всё, что должен сделать тренер, хотя в раздевалку не вхожа. Только не бежится мне под её началом. Сам не пойму, почему, и она не подскажет.

Переодеваюсь в форму, начинаю разминку. Мышцы постепенно разогреваются и начинают интенсивнее толкать кровь, помогая сердцу. Встаю в станок на пару минут - ногам внимание особое, после оклендской травмы. Чёртов обрыв, из-за тебя лишился полумиллиона! В кронах может, и больше. Иржи взял этот первый приз, хотя и со значительным временем. То ли разница в часовых поясах, то ли ещё что, но там многих коснулось. У меня ещё пристойная причина: травма ноги.

Кроме меня, ещё двое из элиты сошли просто так. Просто так сошли, без причин. И ещё семь или восемь из тех, что помельче. Спонсоры даже шум подняли. В печати об этом было глуховато, на тормозах спустили, но среди нас сплетен хватало. Кто - эпидемия, кто - перепились накануне, кто - профсоюзный заговор, саботаж. Какой там к чёрту профсоюз, если участники терпеть друг друга не могут. Чуть зачётные очки пошли, дружбы как не бывало. Только и вспоминаем свои потери. Не в минутах потери, а в долларах. Ну, это всё до, после соревнований костёр сближает.

Перегородка из мутного стекла, и видно, что там за ней что-то шевелится. Это Иржи, делает то же, что и я. Звукоизоляция абсолютная, но мне кажется, что я слышу, как он сопит. В Окленде Иржи отличился, флегматик чёртов. Даже на паровоз не отреагировал, не кинулся вслед. Редкость это - паровоз, а тут получился. Первые, из тех, кто ещё не сошли, подрастерялись в мелкоте, подоспели следующие, вот и забытая ситуация. Противники нашего спорта получили дополнительный козырь. Никак эти ненормальные не переведутся! Ну выпускайте не через минуту, а через две. Это полкилометра в лесу! Не хотят марафона для судей и зрителей-болельщиков. Зрителей сейчас много, на каждом дереве - скрытая камера. Мы отбегались, а нас потом монтируют, вырезают, склеивают. И анализируют. Что поинтереснее - в рекламные ролики, а остальное - в учебные фильмы для тренеров. Старики из судей говорят - раньше ничего подобного не было. Болезный миллиардер Мирзоян, царство ему небесное, на хорошее дело свои кровные потратил. Как он их заработал в той неразберихе, не моё дело, но мои заработки - из его фонда.

Говорят, он тоже поначалу бегал, на Урале, в Балтии, совсем рядом. Лес, настоящий, затягивает. Бизнес может быть любым, а воспоминаниям не прикажешь. Установлено, что после тридцати мужчины эротические сны перестают видеть. Скоро доживу, узнаю. Думаю, что лес ко мне в мои сны будет всегда наведываться.

Наследников у Мирзояна было полно, богатенькие, влиятельные. Однако федерация привлекла адвокатов, выиграли дело, было за что побороться. Где-то посмеивались над условиями завещания, но я тогда ещё ясно сказал: "Последняя воля человека - это его последняя воля. Что-то особенно важное хочет оставить человек после себя. То, что дороже денег. Мы должны исполнять это его желание, чтобы и нас уважали и помнили. Никто из нас не вечен". Точно слов не помню, давно было, я в элиту только-только втиснулся. Но газетчики заметили. Дедушка мой все вырезки из спортивных изданий сохранил, и особенно этим моим заявлением гордился.

А условия Мирзояна были вполне выполнимыми: на отчисления из его именного фонда проводить соревнования регулярно по спортивному ориентированию дважды в год, не прерываясь даже из-за войн, искать мирную страну; его призовой фонд - целиком спортсменам; в конце соревнований - общий для всех участников костёр с песнями "вживую", и голоса и музыка.

Бегу по дорожке. Что-то пищит. Или посвистывает? Хорошо, бегу не мешает. И мыслям.

Иностранные языки для меня - мука настоящая. Одно хорошо - уж если слово или фразу выучил, то произнесу без акцента. То есть так, как услышал сам. Спою тоже точно. Петь в детстве научился - среди соседей эмигранты-эстонцы были, всё на свои праздники певческие приглашали. Может, у них не певческих праздников вообще нет. Игнатов своим песням научил. Мне слова перевели, песни у него добрые, будто два разных человека. Лес, выходит, для него ещё и лекарством был. А про самого себя услышал: "Этот скандинав поёт русские песни с абсолютно vologodskim акцентом". Сразу не спросил тренера, а теперь как узнать, что это - vologodskim? Отвлекаюсь, чёрт, хорошо, хоть ничем серьёзным голову не забиваю.

Бегу по дорожке. Контакт с покрытием нормальный: ни прилипания, ни проскальзывания. Наклон точно по скорости. Вернее, скорость по наклону. Я знаю, сколько мне бежать до полной готовности, и с какой скоростью. Угол наклона - мой, жене не доверю, сам установил заранее. Это просто наша профпримета - скорость-то у всех одинакова. Разница в центах. Или в чём там она.

Игнатов меня ругал за то, что я шарахаюсь во время беговой разминки на ленте влево-вправо. Как боксёр, скажем. Я и сам не знаю, почему, но делаю это постоянно, если ни о чём не думаю. Вру, конечно. Человек всегда о чём-нибудь думает. Если думаешь о том, почему ты делаешь эти резкие наклоны, сами наклоны делать не будешь. Поцапались мы с ним. Как же я его тогда, на его родном? Он и не знал, что я такие русские слова знаю. Нет, не вспомню. Резко - влево, вправо, потом опять влево-вправо, а через полминуты - снова. Внутренняя необходимость это, понял? И с ней тебе не совладать, потому что это моя внутренняя. Уж если я с ней не могу, значит, и тебе... po-de-lom.

Podelom. Русское слово. Это я вспомнил, но какие ещё были в той фразе, забыл. Прочитаю, вспомню. Эк меня, что же это я с покойником-то спорю? Может, это примета плохая? Не думать, ни о чём не думать...

Справа посвистывает. Давно посвистывает. Ролики или что у него там внутри, у этого тренажёра. Есть люди, которые в технике хорошо разбираются, изобрести или отремонтировать могут. А я не сподобился. Головой не вышел, ногами беру. Хотя и это не верно. В моём спорте без головы нельзя. Пищит, а не посвистывает. Это не голова, это тренажёр. Саботажники, смазать не могут.

Всё, хватит, разогрелся, размялся. Сколько километров намотал? Всё правильно, столько и должно быть. Ощущение дистанции при мне. Только на маршруте таких длинных пустых перегонов не будет. Там их больше, сами они короче, и на каждом ещё карту читать.

Закончил с гигиеной, вхожу в предбанник. Иржи исчез, в свой предбанник подался. В окошечке жена, последние напутствия. Почему только губами? Где здесь звук включается? Пиктограммы почти затёрты, а надписи почему-то по-французски. Уж лучше бы по-шведски сделали! Пока перевёл, нашёл, она отошла. Ну да ладно, и так ясно, что пожелала. К чёрту!

На полке карта с легендой, проверенный индикатор КП. Он по другому теперь называется, но я привык к первому названию. Достаю из сумки свой компас, ввинчиваю в него индикатор. Проверяю. Трижды проверяю, хотя и одного достаточно. Это моя примета. Прикрепляю легенду к левой руке, вчитываюсь ...

Это потом, ну хотя б через недельку, как я и сделал, можно не спеша провести свою память через все события того дня. Где приврал, где приукрасил, где просто забыл, и чёрт с ним! А тогда время было хорошо спрессовано. Минутная готовность - гораздо дольше вспоминать, чем сделать всё то, что и было сделано. А сам забег? Накручиваешь секунды десяток за десятком - без единой мысли. На самом деле голове приходится работать, и ещё как! Кровь к ногам приливает, а нужна именно голове. Чересчур ускорился - считай, потерялся. Спорт головоногих. Читаю - легенда как легенда, ничего нового, неожиданного. Дистанция тоже. Бег по заданному, расстояние привычное, число капушек - в норме. Могли бы и подлиннее сделать, да ладно. Я считал себя посильней моего противника именно на удлинённых дистанциях, но сейчас у меня не пик формы. Вот когда официальные соревнования... А это что ещё такое? Сложность дистанции - Первого международного класса, не высшего, а первого?! Интересно, за что же мы заплатили? "Проверка психологической устойчивости в экстремальных условиях". Это в новой графе: "Дополнительно". Никогда такого не встречал. Я, кажется, вспотел, сердце колотнулось, это точно, но надо ознакомиться с картой, а времени всего минута. Вернее, то, что от неё осталось.

Местность равнинная, но изрезана крутыми оврагами. И не оббежишь. Обезьянья дистанция, всё на руках да на руках. Зелёнки много, посадки или заросли, там разберусь. Быстрее, быстрее! Болота есть, но проходимые. Вся гидрография - на дне оврагов, а то озеро я никак не цепляю. Многие КП - по границам лесов, в извилинах этих границ. Ещё есть... СТАРТ!

Виртуальная реальность - словечко старое, дошкольное. Тогда это была просто плоская имитация трёхмерия да примитивный квадрозвук. Или что-то проще квадро. Мультимедия, 3D-Studio, Долби? Может, и не квадро. OpenGL, Surround? Нет, не вспомню. Говорят, корейцы первыми это придумали, приоритет у них, но только установки у французов раньше появились, а там ещё русские, японцы, американцы. Да, шпионили они друг за другом, приворовывали, но главное, что сделали. Сейчас объясняют просто, но почему раньше до этого никто не додумался, непонятно.

Лазер может создавать стоячие световые волны - это из школы прошлого века. А материя вся имеет волновую природу - тоже оттуда. Изображение предмета неотличимо от него самого. Наверное, упрощаю, так я же не специалист. Кажется, надо менять длину волны, и в результате можно получить стоячие материальные волны. Любые тела, любые предметы. Для меня этого достаточно; когда проходил инструктаж первый раз, тогда, понятно, знал больше. Дрейфил немного по первости, как астронавт перед невесомостьью. Отвлекаюсь, чёрт! Для световых волн - там проще, голограмму получил, а изображение потом свет сам нарисует. С материальными телами - посложнее, энергию постоянно подводить надо, дорого пока. Зато картины сразу появились объёмные, а когда научились движение передавать - тут головидение и расцвело. А за ним и наш спорт. Вечная память Мирзояну!

Световые стоячие волны можно только видеть. А материальные - осязать, разница существенная.

На первый КП - только пешком. Ну, это правило для чайников, и всё же я сдерживаю себя. И многие так же делают, Иржи, Свен, Ведерникофф. Два первых контрольных пункта я нормально прошёл, там границы прочитать надо было детально. Мелкота, параллельки. Зелёнка - это и посадки, и кустарники, и даже островки ельника. Третий КП - под берегом, под яром. Вдоль яра сплошная открытка, я выбежал из леса прямо на ложбинку, которую наметил ещё до старта. По ней можно было довольно легко спуститься, а так берег обрывистый. Но что меня смутило: это было не озеро на границе карты, а крупная река, волны, течение. Для чего его генерить, если я туда не полезу? Может, к фильму какому готовятся? Да не отвлекайся! КП был в пойме, и сама пойма тоже уступами. Тройной подбородок. Капушка на карте на самом мысике следующего уступа, и тот весь зарос густым кустарником. Это место на карте и наяву зеленело изрядно. Мысик был виден сверху, а КП, разумеется, нет. Я планировал спуск по ложбинке, а затем быстрый бросок под вторым уступом, под кустами. А вот что там за грунт? Скорее всего песок или ил! Чёрт!

На всё это ушли доли секунды, но я уже досадовал. Я отказался от немедленного прыжка вниз, пробежал по коренному берегу до точки, кратчайшей до КП, и кубарем полетел вниз напрямую, со злостью продрался сквозь кустарник. Что-то зацепилось, порвалось, однако мне было не до того. Потом я узнал, что Иржи в своей цистерне также выбрал этот маршрут. Ведь мог же я догадаться про ил, срезать угол сверху! Бестолочь!

Индикатор срабатывает в полуметре от КП. Я упёрся правой ногой где-то в метре, выбросил до отказа вбок правую руку, и сразу рванул назад. Этот приём у всех отработан. Прибор выдаёт звуковой и световой сигналы о том, что контрольный пункт взят, но на соревнованиях по дедовским правилам асы звук обычно убавляют донельзя, а при ночных забегах ещё и свет отключают. Примета - ни одного шанса сопернику! Сейчас тренировка - пусть пищит.

Следующий пункт - снова наверху. И далековато за изгибом берега. Если бы можно было брать их не по порядку, я бы взял сначала верхний, а потом этот и поднялся бы по ложбинке. Но - нельзя! Засекут и аннулируют. Вынырнув из зелёнки, я побежал под обрывом. Было трудно: наклон, камни, корчи, корневища погибших деревьев и просто отдельные глупые кусты цепляются. Что им приспичило расти тут под берегом? Ладно ещё, не ил, тот ниже, вот бы вляпался. Я рассчитывал подняться как раз под следующим КП, там горизонтали пореже, значит, крутизна поменьше. Место легко читалось, и когда я поравнялся, заметил, что сверху свисают корни, плети, ветви, какая разница, что, и нависают этаким пологом. Я и решил: под ними чисто, поднимусь почти до края обрыва, раздвину, и я уже наверху. Полез, иногда цепляясь за толстые. Что-то с ними было не так, и я понял, что именно, когда добрался до основания крупной берёзы и со страхом обнаружил, что не могу отогнуть даже тонкий прутик. Эти висячие корни не гнулись вообще! Я очутился в ловушке. Чёртовы программисты! Будь проклято всё их семя, вся их бета-порода!

Если бы я хватался за тонкие, я мог бы даже порезаться. Пришлось раком спускаться вниз и снова взбираться рядом с корнями этой дохлой виртуальной берёзы. КП был тут, рядом, но я ещё потерял пару секунд - сделал выброс рукой чуть раньше, пришлось повторить. Прибор пискнул наконец-то, четыре КП позади.

Хорошо - перегон длинный, чуть-чуть успокоился. Местность вокруг виртуальная, но усталость абсолютно реальная. Научились чем-то похожим на лазеры рисовать стоячие волны материи, осязаемые тела. Сначала простой формы, потом посложнее. И химический состав меняли, и формы кристаллов. Управлялись эти суперлазеры компьютером, программистам работы привалило. А когда научились тела двигать, да изменять формы, да в реальном времени... Кажется, я повторяюсь. Голофильмы - голофильмами, а для моего спорта вот что сделали: две большие цистерны-баки (мы их так зовём) напичканы со всех сторон техникой; воздух внутри обыкновенный, что его синтезировать, крыша простенькая, висючая-сетчатая, а всё остальное - нарисованное компьютером лучами его суперлазеров, т.е. виртуальное. Спортсмен бежит по виртуальному полу, по земле то есть, а вокруг его компьютер меняет весь пейзаж. Высота этой цистерны просто равна перепаду высот на дистанции, поэтому с горным рельефом проблемы, баки надо строить повыше. Так и планировали, строить хотели, а потом Ведерникофф помешал. Для чего высоту увеличивать, если виртуальный пол опустить можно, либо поднять? Его идея, кучу денег за неё отхватил, нос утёр технарям. Новые баки ниже стали, сегодняшние, что для меня и Иржи, уже древними считаются. Альпинисты подходы к спонсорам торить начали, шутка ли - виртуальный Эверест хоть на 10 км вырастить можно в этом же брюссельском парке! С давлением вроде проблемы - так решат!

Бегать Ведерникофф не бросил, чему газетчики удивлялись. Я бы тоже не бросил; пока бегается, без леса себя не представляю. Скорость у него, молодого, повыше, чем у всех нас, а чуть параллельки померещатся - летать начинает. Если бы голова на дистанции у него так же работала, как дома, мы бы далеко у него за кормой оказались. Из газет это, вполне справедливо. Но спорт есть спорт. Повзрослеет - научится!

Надо бежать дальше, еще молотить и молотить. Пол вроде бы как постоянно проворачивается, спортсмен бежит вроде бы в гору (тот наклон, что во время разминки!), и устаёт спортсмен побольше. Но зато!

Зато возможность генерить любые пейзажи, любые карты, любой рельеф. Карта всегда абсолютно новая, спортсмены получают одно и то же задание, сравнение результатов - абсолютное. Вот понастроят таких цистерн побольше, и можно проводить крупные соревнования, а пока только парные тренировки. Для элиты. Один в одном баке, другой в соседнем, а карты - одни и те же. Потому что компьютерная программа та же самая. Понастроят - это точно, но мне не хочется дотянуть до того времени. Птички не то поют, одуванчики не тем пахнут, и озон какой-то искусственный. Дождик одежду не так мочит. Лучше оставить как есть, чтоб и мои сорванцы действительного лесного духу хлебнули. Массовым стартам - место на настоящей природе. А я - бегу в цистерне, для будущих заработков стараюсь. Здесь же и фильмы снимают, мы только изредка сюда попадаем, ещё раз спасибо Мирзояну. Голливуд - в основном музей, там съёмки почти прекратились. Только по старинке для голи продюсерской.

Вошёл в норму, вроде успокоился, еще 3 КП осилил. Нормально взял. Как там Иржи? Ходят слухи, вот-вот появится такая штучка - виртуальный силуэт соперника. В пределах твоей видимости, конечно. Я думаю, для хакеров это несложно, и хорошо, что раньше не догадались. А то еще слышал, будто они могут на твоей карте показать и твое положение, и положение соперника. По-моему, это уже бред. Хуже вирусов. Запрещать надо. Иначе что от спорта останется? Бег за виртуальным лидером? А своя голова на что? Карту же читать надо!

Читаю карту, прошёл уже больше половины дистанции. Точнее, две трети позади, по километражу. Что там за дополнительная строка в задании? Чистый лес кончился, перешёл в полуоткрытку с понижениями, местами зелёнка, всё подробно читать надо. Дрожит компас, дрожит. Подустал, лучше сбросить темп и точнее выйти. Очередной КП внутри этого мелкого осинника - нелюбимое дерево. Придётся брать по азимуту и считать шаги. Беги с той скоростью, с какой работает твоя голова! Полуоткрытка - та же зелёнка. Подрост, деревца невысокие, дальний лес хорошо видно, но тебе-то нужно искать вблизи. Вся листва на уровне головы и ниже. Когда листьев нет, полуоткрытку проходишь без проблем, но сейчас лето. Виртуальное лето, так и записано в задании.

СТОП! Этот пень я уже видел! Точно! Видел! Неужели кругаля дал? Да как же это могло получиться-то? Я уткнулся в карту, пытаясь восстановиться, вспомнить маршрут. Вроде всё нормально... Вроде? Я резким прыжком рванул от пня в прежнем направлении. Очень резким - даже с КП так не уходят. Этот пень я видел под берегом! Шутники чёртовы, скопировали. Хорошо, что вспомнил. Вот что означает дополнительная строка в задании!

Покрутился малость, нашёл капушку в ямке. Куда им против аса! Когда я зол, у меня абсолютно всё лучше получается. Из спектакля какого-то эта фраза, персонаж объясняет, почему у него детей много. Не отвлекайся!

Решил взять левее, на карте средненькая поляна, по времени должен немного выиграть. Выбегаю - и обомлел! Точно она! На этой поляне я со своей суженой первый раз познакомился. Бегу по краю и вспоминаю. Они тогда товарищеский матч организовали на уровне молодёжных сборных. А перед соревнованиями короткую разминку на местности устроили, километра на два или три, чтоб привыкли мы, участники, к лесу и карте. Увидел я в лесу девицу, сгрёб её в охапку и понёс. В шутку - не в шутку, но не успел никуда отнести. Вырвалась, чертовка, и так меня саданула, что я два дня соревнований пропустил. Куда ударила, не скажу. Тренеру заявил, что поскользнулся. Хорошо, хоть не отборочные были, и я ещё не абсолютным лидером в команде был.

Длинный перегон по мелочёвке. Закрываю глаза на все извилины, беру азимут как по белому. Точка привязки вроде как в створе. Ругал меня Игнатов за такой приём. Сильно рискуешь, орал. Порхнёшь чуть-чуть, и где ты? Читай карту, читай карту, читай карту... А я его не слушаю и не читаю. Скорость без чтения выше, риск оправдан, если не улечу. Опять я с покойником спорю. Думаю, нет тут дурной приметы. Должен же я о чём-то думать и собственное мнение иметь. Снова отвлекаюсь. А вот тут тренер прав : ни к чему лишние мысли на дистанции. Был прав. И есть - прав.

Держу направление. Бегу. Компас дрожит.

Это я на ленте шарахаюсь, лишняя злость или, как это по-русски, mandrazh, выходит. В лесу, настоящем или виртуальном, никаких шараханий, я фотогеничен. Да все мы красавцы и красавицы в нашем виде. Опять о ней вспомнил. Обознался с поляной, давно уж сообразил. Летом в лесу форму поляны трудно определить, листва границы скрадывает.

В тот день, когда она узнала, что я на старт не вышел, заглянула ко мне лежачему в палатку. Оказалось, девушка из местных, uralochka. Языком невполне владела, спросила про самочувствие, я понял, ответил. Вижу, не дошло. Повторил медленнее - глазки опять вопросительные. Ну, я и показал ей жестом самочувствие. Вспыхнула, убежала. Успела обозвать меня : shvetski parasjonok.

Конус створа тупой, и границы конуса кривые, нечёткие. Это должна быть полузаросшая тропинка. Не проскочить бы. Понижение небольшое - я его игнорирую, даже не смотрю на карту. Много тут таких, пока определишься - время потеряешь. Бегала она быстро, в команду всегда попадала, встречались мы на всех соревнованиях. Забудь о ней хоть на секунду!

... ... ... ...

О! Вышел точно!

КП взял без проблем, и теперь почти назад, в прежний осинник, на другой его край. Скорость, скорость!

... ... ... ...

Редкость - вбежал не думаючи, и не промахнулся. Всегда бы так.

Следующий КП - на границе этого осинника и большой поляны, даже поля, наверное. На карте - большое жёлтое пятно, видно, поле выходит за край карты. А группа деревьев левее, это берёзки, я их раньше уже видел через верх полуоткрытки, КП именно там. Но лучше не продираться напрямую, а сначала на границу желтизны, там посреди поля - ещё одно приметное скопление берёз, а потом налево. На краю поля обычно какая-никакая тропинка есть. Нет - всё равно легче бежать, чем по пашне. Берёзовый ориентир виден, можно и ускориться.

Сейчас, вот сейчас выбегу на жёлтое! Рывком продираюсь через последние мешающие кусты, и, будто зацепился за что-то. Больно, чёрт побери! Подымаюсь, сгоряча, кажется, выплюнул виртуального муравья, голова повёрнута уже влево, но глаза в разлёте. Местность не узнаю - где мой осинник, где берёзы? Вместо парового поля - низкая трава. Но какая - ни разу не видел! Будто длинные ножи воткнуты в землю. А те берёзы в центре - да это же не берёзы, это огромный баобаб! Его-то я точно узнал! Боже мой, Африка! Правый глаз так и забирает ещё правее, ещё правее - там, под баобабом, подымается на лапы огромный лев. И львица поменьше, и ещё...

Мочевой пузырь сразу взбух, я чуть не пустил в штаны. Включаю аварийку. Пытаюсь включить аварийку! ДА ГДЕ ЖЕ ОНА? Металлическая пряжка просто лопнула, оба конца ремешка где-то болтаются. Ищу справа - нет, нужно искать слева, а лев..., лев... Левый глаз, ищи, где же эта кнопка? Да вот она, наконец-то! Я уже взял её в руки и приготовился нажать, но этот рефлекс - этот рефлекс левого глаза... Ты идиот, Руди! Нет, ТЫ ИДИОТ, РУДИ!!! Край левого глаза узнал очень знакомые, до боли приятные, не-ве-ро-ят-но желанные красно-белые очертания рисунка контрольного пункта, КП. Моя капушка! Ты ведь туда и бежал, он именно там должен быть. Он именно там и находится. Руди, какая Африка, какой лев? Ты в замкнутом пространстве этой цистерны, где компьютер своим суперлазером рисует тебе виртуальный мир. Беги, отмечайся, болван!

Я сделал два, только два пробных шага. Я помнил оклендскую боль и уже знаю, что делать в таких случаях. Прежде всего - убедиться! Ноги - в норме, и... Я никогда ещё так не бегал по пересечённой местности. Внизу подпирало - я перепрыгивал через небольшие овраги, нырял в глубокие и тут же выбирался из них. Подпирает, подпирает внизу! Интересно, какие леса там, в Армении? Не отвлекайся, ни-о-чём-ни-о-чём не думай! Выбрось Мирзояна из головы! Бегу... Бегу... Подошёл я к ней и спросил, а что такое parasjonok? Слово shvetski я понял. Она сделала удивлённые глазки и спросила: "Как, ты говоришь по-русски? Без акцента?" Видя, что я ни бум-бум, переспросила по-английски. В языке она заметно прибавила. Так роман завязался у нас. И её тоже выбрось! Здесь, здесь маленькая полянка должна быть. Вот она! Дрожит компас. Эти кусты лучше обогнуть. На каждый из оставшихся КП выходил точно и удивлялся только тому, как я раньше мог вообще ошибаться! Валёжник, лучше перепрыгнуть. И ту лужицу тоже, только нужно ра-зо-гнать-ся. Есть! Вот он где, всё правильно, молодец , Руди! Ни о чём не думай. Дрожит всё-таки, но скорость не снижаю. Деcятый, уже одиннадцатый, как бы слить? А здесь - лучше по тропке, ещё ускорюсь. Последний овраг! Теперь только по ровному. Где тут КП? Следующий, следующий... Всё! После отличного финиша на опушке не стал жать на кнопку выхода, нет, тут же рядом нашёл знакомую с детства небольшую виртуальную карельскую берёзку и хорошенько, хороше-енечко её облил. Там росли и другие деревья, знакомые и неизвестные, ели, пальмы, кактусы. Ольха пресловутая, и ей досталось, завернул струю. Папоротник был до пояса, но не такой уж густой. Я шалил восьмёрками, неторопливо осматривался, виртуальное небо походило на многолепестковую розетку - свет у них подкачал, горизонт меж перелесками был прорисован чересчур отчётливо, как будто детьми, без какой-либо дымки - таких тоже не бывает. Выйду из цистерны, очутюсь в парке. Интересно, расскажу ли об этом кому-нибудь? Трава была разная, виртуальная, собранная со всего света, но только в одном месте реально-реально мокрая. Впрочем, чего стесняться? Секс откровенный по всем каналам гоняют, а моё - гораздо чаще секса. Это был единственный временной отрезок тренировки, который я мог бы восстановить абсолютно точно. И даже повторить, после пива. О Люси опять вспомнил, но теперь, думаю, можно. Чтобы было бы, если б она сильнее ударила? Этой тренировки бы точно - не было. Не спеши, Руди! И продолжительнее, пожалуй! Приятно не спешить. Киношники опять новый ремейк Титаника сняли, в этом же баке, кстати, так артисты и артисточки, в холодной виртуальной воде плаваючи..., ну, а я из того же теста сделан. Не такие уж мы суперы-гвоздодёры, как нас по каналам... Приятно никуда не спешить... И кайф вполне сравнимый... Очень приятно никуда не спешить... Сколько там ещё... Да и не будешь спешить, пока... Я услышал своё имя и наконец догадался, как положено встряхнувшись, нажать на кнопку - они обо мне заволновались. Устал до чёртиков... Но и блаженства тоже хватанул.

Нарисованный мир сразу растаял, и стало всё как и должно быть: вокруг - реальная стенка цистерны, под ногами - обычная земля, дальше от центра - травка хилая. Тёмное пятно скоро высохнет.

Когда я вышел после душа из камеры, меня ждала жена и ещё Иржи, с перебинтованной рукой. С судейскими я не хотел разговаривать, не до них было. Всё без меня тренер сделает, то есть жена. Получил протокол и график прохождения по дистанции, где-то расписался пару раз. А Иржи удивил - решил меня угостить пивом. Тут у нас с ним вкусы совпадали: чешское - и всё! Сначала мирзояновский костёр, понятно, тренеры уже разожгли, побеспокоились. У многих спортсменов это вроде причуды - на обычных тренировках вести себя так же, как на соревнованиях. Ведь денег не полагается, наоборот, это мы оба с соперником потратились. Можно сразу расходиться, но - привычка! Иржи гитарой вполне владеет, а его стеснительный тренер, трудное имя, всё забываю, получше меня поёт. Я сам ему это сказал, вижу, обрадовался. По традиции, сначала гимн. Там всё, и спорт, и лес, и сам Мирзоян. Потребовал усопший, чтобы гимн сочинили, вот и пришлось. А что, мелодия хорошая, все поют, судейские, техники эти, сегодня жена хорошо подтягивала. Потом я повёл игнатовские песни, и Иржи попросил переписать слова. Той, где "Odjelsja ljes v zjeljonyje odjezhdy, ot glas pytlivykh sprjatal gorizont". И ещё, где "i zashumjat proshchjalno djerjeva". Его язык русскому близок. Кое-как объяснил, что я вообще русских слов не знаю, просто запомнил наизусть. Ничего, говорит, будешь мне петь, пока и я не выучу так же. Он уже знал, что Игнатов погиб.

Оказалось, Иржи тоже досталось. Те свисающие корни он быстро раскусил, хорошо у меня выиграл. Повторного пня у него не было, была повторная лужица, смекнул он, прошёл нормально. Перед африканской саванной я кое-что сквитал, но всё ещё был позади. А когда нам обоим сделали подлую подсечку виртуальной проволокой, он всё-таки вызвал аварийку!

Мы с ним потягивали холодное пиво, смотрели свои маршруты, сравнивали, спорили, соглашались. Кабинка была рядом. И что я в нём нашёл неприятного? Ну, подбородок. Будто мои уши самые идеальные.

Вспомни, Руди, как тебя в детстве дразнили? То-то же.

По нашей тренировке смонтировали фильм, ну там, авторский текст, музыкальные вставки. Да вы его видели! Подали нас классно, хоть и без наших слов. Удался эпизод с подсечкой и заменой всего пейзажа. Дочурка Иржика - аж заревела в зале, когда увидела своего с перекошенным лицом, испуганного вконец родителя. А я - только русские могли бы с губ прочитать ту мою фразу, которую я столько раз слышал от Игнатова и научился повторять. Спорт получил окончательное признание во многом благодаря этому фильму. И костёр засняли, и пение наше; оказывается, наш дуэт с этим, ну имечко!, вполне на высоте. Эпизод с мокрой берёзкой в него не вошёл. Монтажёры отключились раньше и не подозревали, что самое интересное может быть после финиша.

Я понял, как мне надо настраиваться перед соревнованиями. Мне нужен раздражитель, меня нужно разозлить. Поэтому моей Люси пришлось уйти из тренеров, чересчур уж она мягкая для этой профессии. Замену ей я подыскал быстро, когда вычислил, какой мне нужен.

Негнущиеся прутья мы программистам простили, просто указали на их ошибку. А вот после подлой невидимой проволоки у меня появился страх, и ассоциировался он с самим бегом. Иржи оказался в той же ситуации. Я понял это, когда мы оба, не сговариваясь, подали в суд. С подсказки своих психиатров и адвокатов, конечно. Нам не бежалось и не бежалось... Мы оба стали популярными - фильм помог, и виновникам пришлось выплатить хорошую неустойку. Но всё равно, только через полгода после этой тренировки мы вернулись на свои места в пополнившейся элите. Тягаться друг с другом за фонд Мирзояна.

* * *

(К рассказу "Тренировка" прилагается песня "Лагерь у Песчаного")

Другие произведения автора смотрите на сайте: http://zhurnal.lib.ru/b/brodnikow_a_p/indexvote.shtml


Страница основана 27 февраля 2001г.
admin@obelarus.net